Как будет выглядеть семья будущего



  Поделиться в Facebook   Рассказать ВКонтакте

Вопросы технологического прогресса чаще рассматриваются в научном, экономическом, политическом контекстах. Если речь заходит о социуме, то опять же это подается через призму экономических отношений – качество «человеческого капитала», прибыльность новых сегментов рынка, влияние на жизнь людей, как на потребителей с различной пухлостью кошелька. Что до простых человеческих отношений, то здесь дело зачастую ограничивается рассуждениями о влиянии тех же соцсетей.

А ведь семья — это фундаментальный феномен, который определяет культуру, экономику, политику, социальную структуру и многое другое. В тоже время материалов, в которых влияние технологических новшеств на семью, не так много. Относительно недавно мне попалась статья двухлетней давности, в которой описывалось как под влиянием технологий может эволюционировать семья, какие новые формы может принимать.

В статье были описаны как более-менее реальные варианты, так и весьма экзотические. Некоторые вообще вряд можно было назвать «семьями» в привычном понимании. Но главный недостаток материала в том, что в преамбуле сказано буквально следующее: «No rigid definition exists for the “family,” and there’s no sense trying to come up with one». То есть «что это такое никто точно не знает и поэтому не надо сочинять еще одного определения». После такой фразы имеет смысл вообще ничего не писать, но тем не менее, автор накатал аж девять вариантов «семьи будущего».

Попробуем компенсировать этот недостаток и описать возможные варианты форматов семей. Дабы не мудрствовать лукаво процитируем вики.

Семья — основанная на браке или кровном родстве малая группа, члены которой связаны общностью быта, взаимной помощью, моральной и правовой ответственностью.

Прежде чем мы перейдем к области фантастических социальных конструкций, опишем наиболее вероятный вариант.

Экстремально-многоколенные семьи. Согласно статистике ВОЗ, средняя продолжительность жизни с 2010 по 2015 год выросла в среднем по миру с 67 до 70 лет. Возможно, цифра не слишком впечатляющая, но в если вспомнить, что в конце XIX века средняя продолжительность жизни была в районе 40 лет, то смотришь на цифру немного по-другому. Тренд устойчивый и чем дальше, тем дольше мы будем жить.

И поэтому семьи, которые охватывают пять-шесть поколений не будут чем-то экстраординарным. По сути это вариация «сложной семьи». Сейчас чаще всего это три поколения – дети, родители и родители родителей. В связи с ростом продолжительности жизни через 30-50 лет вполне вероятно, что появиться множество семей, в которой праправнуков нянчат прапрабабушки, а прапрадедушки будут выполнять роли семейных патриархов. Каковы последствия подобного «растягивания»?

Прежде всего это, конечно, обогащение жизненного опыта всех поколений. Представьте, что в стенах одного дома собраны люди, на глазах которых прошли 100-150 лет? Несколько эпох в одном флаконе. Трудно представить, что из такого «социального коктейля» вообще может получиться. Как будут общаться люди, которые помнят то, что было сто лет назад и с теми, для которых это «учебник истории». Этот сплав жизненной мудрости старших поколений и энергия младших станет как источником нового социального капитала, так и очередного витка «конфликтов отцов и детей».

Впрочем, гораздо интереснее вопрос самих «стен и домов». Есть две крайние точки на спектре. Либо вся эта веселая компания будет разбросана по миру, либо собрана в одном доме. В первом случае связь будет идти через всевозможные коммуникации, которые безусловно будут многообразны через 30-50 лет. В статье «9 Different Visions…» автор фантазирует о том, что члены семьи будут связаны ментально, эмоционально и обмениваться информацией, через продвинутые нейроинтерфейсы, соединяющие мозги напрямую. И это уже речь идет о семье с некоей формой коллективного разума. При всей фантастичности концепт интересный. Может не нейроинтерфейсы, но менее экзотичные формы коммуникации все же будут. Ведь общение с близкими это базовая потребность и, если раньше писали письма, потом «часами висели на телефоне», сейчас «постят-лайкают в соцсетях». Дальнейший прогресс телекоммуникаций и сетевых форматов общения будет заточен в том числе и на «обслуживание» таких семей.

Вторая крайность – сложная семья из 5-6 поколений, проживающая компактно. Под «компактно» имеется ввиду в одной квартире, доме, либо в разных домах, но компактно, в одном районе. Три поколения под одной крышей это довольно распространенный вариант. Но если мы говорим о пяти-шести поколениях, то площади понадобятся другие планировки квартир, домов и далее, районов и систем расселения. Говоря проще, квартиры должны быть побольше, а планировки районов учитывать потребности людей совершенно разных возрастов. И есть подозрение, что одними лавочками для старушек дело не ограничиться. Для поддержания хорошей физической формы нужны будут и спортзалы и поликлиники и вообще, широкий спектр соцкультбыта. Другими словами, на планировки квартир и городов придется смотреть по-новому.

Как было сказано выше, увеличение длительности жизни несет как массу преимуществ, так рисков. Скажем, если «сложная» семья обладает значительными активами и влиянием. Да чего там далеко за примером ходить. Сколько было недавно умершему главе клана Рокфеллеров? 101 год. Либо образуется прослойка бодрых «стариков-разбойников», физическая форма которых не уступает молодняку, а опыта и влияния на пару порядков больше. Есть риск свалиться в некое подобие геронтократии, когда обществом будут управлять «нестареющие пенсионеры», ставящие палки в колеса и останавливающие социальные лифты. Впрочем, что долго рассуждать, все уже придумано до нас. Вполне реальный сценарий на таких долгожителей описал классик фантастики Роберт Хайнлайн в своих «Детях Мафусаила». Там в результате специальной селекционной программы появились долгожители, рожденные в конце XIX века, держали свое существование в тайне до начала XXII.

Это был наиболее реалистичный вариант, который актуализируется уже в обозримом будущем (30-50 лет). И, вздохнув поглубже, переходим к экзотике. Начнем с еще одной модели семейных отношений, которая была описана в романах другого классика фантастики, Уильяма Гибсона.

Семьи клонов. Мари-Франс Тессье и Эшпул (имя к сожалению, Гибсон не указал) были отпрысками могущественных финансовых семей. Брак их наделал много шума, но еще больше дел натворил позже. Перед Третьей Мировой семейство продало большую часть активов и перебралось на орбиту, построив там космическую станцию «Фрисайд». Вместе с ними на орбиту улетели их дети, Джейн и Жан. «Фрисайд» стал «гаванью данных» для финансовых операций, сделав его владельцев еще более богатыми. Впоследствии Джейн и Жана клонировали, создав по десять копий каждого ребенка. Мари-Франс погибла в катастрофе. Делами компании по очереди управляли клоны Жана и Джейн, пока остальные покоились в криогенной установке на семейной вилле «Блуждающий огонек». Отец семейства себя не клонировал, но время от времени выходил из криогенного сна.

Здесь у нас целый пучок причудливых технологий – клонирование, крионика, космические станции. То, что в результате получилось и семьей-то назвать трудно, но тем не менее есть все признаки определения, приведенного выше. И несмотря на всю эксцентричность, отдельные технологии вскоре войдут и в нашу жизнь.

Причем войдут стремительным ледоколом, который ударит по самым основам и прежде всего по институту материнства. Понятное дело, что «оригинал», с которого делали «копии» будет «первенцем». Кем будут клоны? Младшими? Близнецами? Кем они будут друг другу? Каковы будут права наследования? А если «оригинал» — это фрагмент тканей с ДНК? А кто вообще будет считаться мамой и папой в таком случае? Те, кто дали генетический материал? Или те, кто с ним работал?

Впрочем, учитывая тенденцию однополых браков понятия «мама» и «папа» уже несколько теряют контуры. Да и объяснять малышу почему этот/эта дядя/тетя — папа, а эта/этот — мама тоже надо будет кхм… аккуратно.

Да, пока это все выглядит маргинально, но тем не менее. Мобильные телефоны тоже были предметом статуса. Сейчас это предмет первой необходимости, с которыми некоторые даже ходят в туалет.

Семьи роботов (или с роботами). Катимся дальше. Роботы. Об этом все чаще и громче говорят в экономическом аспекте. Массовая автороботизация рабочих мест рассматривается как реальная перспектива ближайших лет. При этом уже появляются публикации о продвинутых «резиновых женщинах и мужчинах», которыми по сходной цене может овладеть любой желающий. Доходит до того, проститутки в одном европейском городе уже протестуют против такого рода конкурентов, утверждая, что их сервис лучше.

Конечно, пока речь идет о довольно узком сегменте услуг. Но есть опять же статистика, по которой 30% людей в мире страдают от одиночества и эмоциональной изоляции. Это — потенциально огромный рынок для сбыта роботов, которые будут не просто секс-партнерами, но чем-то большим. Фантазии? Почему? Искусственный интеллект будет способен имитировать эмоции. Суррогат? А лайки в соцсетях не суррогат? А просмотр фильмов или чтение книг, от которых плачут и радуются — не суррогат? Ведь это тоже своего рода замена эмоций человеческих отношений. И тут возникает вопрос — а кем будут с юридической точки зрения эти роботы? Вопрос назревает настолько, что в Европарламенте уже готовят своды правил, по которым люди будут общаться и иметь дела с искусственным интеллектом и роботами. А тут уже недалеко и до признания роботов членами семьи со всеми вытекающими последствиями.

Семьи киберклонов. Про искусственный интеллект говорят много и по-разному, но мало кто говорит о том, что на основе этой технологии можно будет конструировать копии реальных личностей. Фантасты уже давно описывали эти варианты, у того же Гибсона в «Нейроманте» есть такой герой. Да, скорее всего речь будет идти о симуляции каких-то психических реакций, речи и действий, но кто сейчас при общении с членами семьи задается вопросами нейрофизиологии и психологии? Мы видим реакции, слышим слова и реагируем также. Реконструкция сложного поведения реальной личности – это одно из направлений, которое в чем-то схоже с биологическим клонированием. Только в случае биологии мы клонируем тело, то тут мы копируем личность с точки зрения психологии.

Естественно, что обитать эти киберклоны будут в виртуальном, сетевом мире, а не в реальности. Да, опять слышу, что кто-то говорит о суррогате. И опять отвечаю – ваше общение в сети, это такой же суррогат, причем явлению этому уже лет двадцать. Но тем не менее ваши эмоции от общения с каким-нибудь анонимом вполне реальны и иногда результируют во вполне реальные действия. А то, как может влиять на реальную жизнь «дополненная реальность» хорошо показало лето прошлого года и повальное увлечение Pokemon Go.

Теперь можно включить еще немного фантазии и представить различные комбинации из вышеперечисленного. Включили? Представили? А теперь выдохните. Пока еще все стоит на месте и, возможно, скоро будет немного тормозить. Но думаю, что семейства из клонов, живущих с роботами и общающимися с предками в форме искусственного интеллекта это не такая уже и заоблачная перспектива. И те, кому сейчас слегка за сорок, еще застанут эти новые веселые времена.

Источник


Похожее ...

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *